Массовая и элитарная культура и их соотношение в американском обществе

Культура и искусство » Массовая и элитарная культура в США: проблема соотношения » Массовая и элитарная культура и их соотношение в американском обществе

Страница 2

Но иным становится уровень потребляемой культуры: массовая продолжает существовать как уникальный механизм, обладающий компенсаторной и рекреативной активностью, удовлетворяя нужды значительной части общества, однако, она перестает быть единственной культурой, удерживающей монополию на массовое сознание. Элитарная же культура теряет свое значение классово чуждой и недоступной массам, но, наоборот, начинает выполнять роль культурного образца и занимает в иерархии ценностей достойное ее место. Именно этот феномен обозначается как индивидуализацию личности и демассификацию культуры[23].

В то же время ещё один исследователь, Кастельс, рассматривая в различных аспектах постиндустриальное общество и его культуру, отмечает, что многие явления социальной, экономической и культурной жизни, которые теоретиками информационного общества были обозначены как окончательно сложившиеся или даже доминирующие, на самом деле выступают как только формирующиеся. Так, анализируя социальную структуру общества, автор отмечает, что процессы ее трансформации определяются не только количественным ростом управленческих, профессиональных и технических страт, представляющих собой ядро новой структуры. Эти явления, по мнению исследователя, сопровождаются ростом неквалифицированных занятий в сфере услуг на нижних ступенях социальной лестницы.

Причем, по абсолютной численности эти рабочие места могут составлять существенную долю постиндустриального социального организма, образуя вместе с расширяющейся интеллектуальной и управленческой элитой поляризирующуюся социальную структуру. Именно эти слои представляют потенциальных потребителей продукции массовой культуры: в ее традиционных формах – преимущественно, низшими слоями неквалифицированных работников, средним классом и элитой – в новых формах, связанных, в частности, с новыми информационными технологиями.

Однако практика показывает, что этот потенциал не всегда обеспечивает новые структуры социальной коммуникации. В новой информационной культуре, точно так же, как и в любом социальном организме, в том числе, и в том, где была рождена массовая культура, выделяются собственные страты, становящиеся потенциальными производителями и потребителями либо массовой, либо элитарной продукции.

Кастельс предлагает гипотезу, согласно которой пространство информационных потоков состоит из персональных микросетей, образованных элитой, откуда посредством глобального множества взаимодействий в пространстве потоков ее интересы передаются в функциональные макросети.

Элита информационного общества отнюдь не виртуальна – ее пространства, где сконцентрированы доминирующие функции и откуда возможны мобильные перемещения к иным культурным комплексам искусства и развлечений, тщательно изолированы. Они венчают вершину более низких “социопространственных иерархий”, каждая из которых подобным же образом стремится к изоляции от общества путем “последовательной иерархической сегрегации”. Пространством пребывания элиты, имеющей открытый доступ к информации, становится глобальное цифровое пространство, и именно этот факт определяет культурную универсальность этой субкультуры, нацеленной на “унификацию символического окружения”, гомогенизацию стиля жизни, нивелирование культурных границ. Кастельс рассматривает те методы, которыми узкий круг корпоративной элиты добивается гомогенности посредством пребывания в универсальных, изолированных пространствах “международных отелей, убранство которых, от дизайна комнат до цвета полотенц, должно создавать ощущение принадлежности к внутреннему кругу и абстрагирования от окружающего мира, а потому повсюду делается одинаковым”, “комнат отдыха для VIP (“очень важных персон”) в аэропортах, предназначенных для поддержания дистанции между собой и обществом на магистралях пространства потоков”; а также в системе обслуживания поездок, услугах секретарей, взаимных приглашениях и приемах гостей, где соблюдаются одинаковые ритуалы. Универсальными становятся формы жизни: “регулярное пользование тренажерными залами, джоггинг; обязательная диета - лососина-гриль и зеленый салат, заменяемые в Японии национальными аналогами - удоном и сашими; стены цвета «светлой замши», создающие в интерьере атмосферу уюта; вездесущие компьютеры с жидкокристаллическими мониторами; сочетание деловых костюмов и спортивной одежды; стиль «унисекс» в одежде и т.п.”[24]. Таким образом, мы можем наблюдать картину стратификации общества на классы на принципиально, качественно ином основании.

Страницы: 1 2 3

Еще по теме:

Красногвардейский краеведческий музей
Красногвардейский район, п. Красногвардейский. Описание экспозиций: Русский национальный костюм села Верхососна; русский народный музыкальный инструмент жалейка; книги; фотографии. ...

Проблема стереотипов в осмыслении культурного феномена классицизма
«Мне бы хотелось в заключение придумать что-нибудь необыкновенное, блестящее, сверкающее, содержащее в себе определенную мысль» Бомарше, «Севильский цирюльник» Считается, что классицизм — это прежде всего жесткая система правил. В класс ...

Декоративно-прикладное творчество мастеров страны
Шведская декоративно-прикладная отрасль, которая насчитывает более ста лет, тесно связана с развитием современного индустриального общества в Швеции. Началось все в 1897 году на всемирной выставке в Стокгольме, где был представлен фарфор ...

ИНТЕРЕСНОЕ

Народные промыслы

Произведения русского народного искусства могут многое рассказать о русском характере...

Музыка как вид искусства

Народное творчество вообще и народная музыка в частности, зародившееся в древности...

Навигация