Мир и человек в культурологических представлениях

Культура и искусство » Мир и человек в культурологических представлениях

Страница 9

В истории культуры рассматриваемая группа представлений о месте человека в мире представлена в основном тремя разновидностями. Во-первых, это абсолютный фатализм, утверждающий полную беспомощность человека перед миром и, как следствие, бесполезность всякого действия, преследующего определенные цели. Согласно этим представлениям человек по возможности вообще не должен ничего делать, полностью положившись на судьбу. Такой фатализм в высшей степени свойствен культурам Востока (особенно Ближнего и Среднего). Суть этого миросозерцания как нельзя лучше выражает восточная пословица: «Лучше сидеть, чем стоять, лучше лежать, чем сидеть, лучше умереть, чем жить». Эти миросозерцательные установки иногда переходят в религиозное мировоззрение — например, весьма фаталистичен по своей сути ислам. Однако концепции абсолютного фатализма указывают в основном на идеал, к которому человек должен стремиться (полный покой, «нирвана»), а на практике человеку все-таки прихо­дится так или иначе считаться с насущными требованиями жизни, так что в чистом виде абсолютный фатализм встречается нечасто. Гораздо чаще встречается вторая, более практичная кон­цепция, которую можно назвать умеренным фатализмом. Здесь человек не устраняется от более или менее активного поведения, но и не абсолютизирует его, не считает, что от его действий жизнь может существенно измениться. Кредо такого миросозерцания можно выразить так: «Я делаю то, что считаю нужным, а дальше будь, что будет». Оно часто встречается в практической деятельности людей (и, заметим, ею порождается: в жизни часто успех или неудача того или иного замысла зависит отчасти от целенап­равленных усилий человека, а отчасти от факторов, ему неподвластных — примеры этому каждый легко может найти в своей собственной практике), во многих религиозных и этических кон­цепциях — например, в христианстве, конфуцианстве, учении стоиков, этике Л.Толстого, в мировоззрении экзистенциализма и т.п. В экзистенциализме, кстати, есть очень ясная и образная мо­дель подобного мировоззрения: в романе А. Камю «Чума» люди борются с чумой, даже прекрасно понимая, что от их усилий практически ничего не зависит, что чуму победить нельзя. Однако герои не впадают в абсолютный фатализм (хотя, казалось бы, это так логично: ведь делай, не делай — все равно от этого нет толка), а продолжают делать то, что от них зависит, чтобы победить чуму. Заметим еще, что умеренный фатализм часто сближается с Основной концепцией.

Третью разновидность означенных концепций можно назвать интуитивизмом, который предполагает, что законы мира понять рационально нельзя, но можно интуитивно, «нутром» или «ду­шой» почувствовать и действовать на основании этого чувства вполне правильно. Идейно-эмоциональный «разброс» здесь достаточ­но широк — от этических систем просветителей (Руссо, Карам­зин) до мистической философии Вл. Соловьева. Приведем для наглядности несколько примеров.

Внелогическому, интуитивному познанию жизни очень боль­шую роль отводил Л. Толстой. Многие его любимые герои (Нико­лай Ростов, княжна Марья, Кити, Левин и др.) в решающие моменты действуют не рассуждая и полагаясь только на чутье, на инстинкт. Ярче всего это проявляется в поведении Наташи Росто­вой, которой вообще чужда всякая рассудочность. Толстой под­черкивает, что Наташа интуитивно безошибочно понимает, что надо сделать в той или иной ситуации: не рассуждая и не рассчи­тывая, она отдает подводы раненым, сбрасывая с них домашний скарб; так же интуитивно она делает именно то, что надо, ухажи­вая за больной матерью и раненым князем Андреем; инстинкт жены и матери полностью определяет ее поведение в эпилоге и т.п. (При этом герои, подходящие к жизни рассудочно, очень ча­сто ошибаются и делают как раз не то, что надо: таковы Вера Ростова, Берг и даже князь Андрей.)

Философское обоснование интуитивизма и отрицание чисто рационального подхода к жизни мы находим в стихотворении Е.Ба­ратынского «Приметы»:

Пока человек естества не пытал

Горнилом, весами и мерой,

Но детски вещаньям природы внимал,

Ловил ее знаменья с верой;

Покуда природу любил он, она

Любовью ему отвечала,

О нем дружелюбной заботы полна,

Язык для него обретала.

Но чувство презрев, он доверил уму;

Вдался в суету изысканий …

И сердце природы закрылось ему,

И нет на земле прорицаний.

Интересная концепция интуитивизма сложилась в поэтической практике русского символизма. Символисты видели в фактах бы­тия лишь «отзвуки иных миров» и считали возможным прибли­зиться к их пониманию через поэзию, музыку, искусство. Естественно, такое познание по необходимости должно быть иррациональным — отсюда мистические мотивы и сложная символическая образность в произведениях И. Анненского, Блока, Мережковского, Гиппиус и др.

Страницы: 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Еще по теме:

Историко-театральный музей М. С. Щепкина
Находится в г. Алексеевка Яковлевского района (6ывшее с. Красное Обоянского уезда). Здание музея построено в 1988 г. В музейный комплекс входит реконструированная крестьянская усадьба второй половины XIX в. со всеми надворными постройками ...

Одежда
Одежда киргизов в середине XVIII - начале XIX в. оставаясь в основных чертах традиционной, была приспособлена к исторически сложившимся условиям кочевого образа жизни киргизов. Основным материалом для изготовления одежды служило животнов ...

Обычаи и обряды
Музыкальные традиции киргизского народа глубоки и самобытны. В них, как и в устном народном творчестве, отражена многовековая история народа, его надежды, чаяния, радости и горести. Музыка сопутствовала всей Жизни киргиза - со дня его рож ...

ИНТЕРЕСНОЕ

Народные промыслы

Произведения русского народного искусства могут многое рассказать о русском характере...

Музыка как вид искусства

Народное творчество вообще и народная музыка в частности, зародившееся в древности...

Навигация